Глава 17 Коньяк, ремень и стратегия

Батый лениво потянулся, потом хмыкнул и расплылся в своей фирменной широкой улыбке. Узкие глаза искрились озорными огоньками.

- А ты его тоже знаешь, что ли?

- Да нет. Я как раз всё утро потратил, чтобы хоть на кого-то там выйти. Как же хорошо, что ты зашёл!!! – Саня сейчас практически любил Батыя.

- Когда люди престают помнить о том, какой я клёвый – карма им сразу же напоминает. Так что и ты не забывай, - Антон громко засмеялся. – Так зачем он тебе?

Саня быстро рассказал о своих злоключениях с ремнём, с поставщиком и с попытками выйти на компанию R&C Group.

- Короче, тебе нужно, чтобы они с тобой одним ремнём поделились на время, так?

- Да. Очень нужно!

- Не ссы. Ща всё решим, - Батый достал телефон и набрал номер. — Это ж брателло мой – Димка-толстый. Весёлый парень, гуляка знатный, как и я в лучшие годы. Он тогда килограмм 130 весил. Хотя почему тогда? Он и сейчас весит не меньше. Месяц назад вместе в бане парились, он мне тогда ещё хвастался своим новым «Крузаком» — говорит, служебная, но с массажем сидений. Вот и на выходных опять ко мне в гости собирается.

На том конце, наконец, ответили. Антон включил громкую связь.

— Алё, Димон, здарова! Ну как ты, старый волчара?

— Батый! О, чёрт, как ты вовремя — я только что про тебя вспоминал. Слушай, ты тот коньяк, что в прошлый раз привозил — где брал? Я им машину обмывал, теперь полбани просит повторить!

— Коньяк потом. Слушай, у меня тут вопрос жизни и смерти. Завод стоит. Ремень порвался — такой же, как ваши используют. Вы две штуки у нас из-под носа увели, хотя один заказывали. Можешь помочь? Один ремешок нужен, срочно. Зуб даю — вернём, чем хочешь.

— У-у-у… Подожди, не спеши. Сейчас узнаю. Что за ремень то?

Батый вопросительно посмотрел на Саню.

- Зубчатый. Сегодня 2 штуки забрали от этого поставщика, - прошептал Саня и написал на бумажке название компании-поставщика и артикул ремня. Батый всё это озвучил Димону.

- А, да. Что-то подписывал такое. Они не дешёвые, так-то. Ладно. Сейчас у своих уточню, насколько нам горит. Не отключайтесь.

Он на некоторое время исчез со связи. За это время Саня успел покрыться потом, поседеть и снова стать молодым. Рыскарь молчал, наблюдая.

Спустя несколько бесконечных минут голос снова вернулся.

— Всё, разобрались. Один можем отдать. Но с тебя причитается. Их сейчас ждать по полгода приходится. Коньяком не отделаешься.

— Всё, что скажешь, дорогой. Даже сок яблочный тебе куплю к коньяку, раз уж такое дело, - Батый громко рассмеялся.

— Ладно. Курьер уже в дороге, я сказал, чтобы его развернули к вам. Отдаю под честное слово, но чтобы с возвратом.

— Ну разумеется. Всё вернём, привезём, оформим, подпишем – ничего не упустим.

— Но ты там чай не забудь приготовить, Батый, я на выходных приеду.

— Чай, яблочный сок, баня, шашлык, — всё будет! Спасибо, брат.

— Всё, держитесь там. Рад был помочь.

Связь оборвалась. Батый усмехнулся и посмотрел на Саню.

— Ну вот. Считай, спасли тебя, начальник. С миру по нитке, как говорится — тебе ремень, мне шашлык. Придётся тебе закупаться коньяком и мясом на эти выходные. Место подскажу.

Саня с трудом верил в происходящее. Ещё полчаса назад — мрак, тупик, а сейчас… свет, да ещё с ароматом спасения. Удача – коварная штука…

- Век не забуду, Антон. Спасибо тебе большое. От души! Спаситель мой!!!

- Ладно, давай. Пойду пересчитаю прирост по EBITDe. Скину тогда.

Батый вышел, а Саня ещё долго смотрел в одну точку.

………………………………………………………

Курьер приехал спустя пару часов. Молодой, бодрый, словно только что выскочил из рекламного ролика. Передал аккуратно упакованный ремень, попросил расписаться, кивнул и ушёл, не задавая лишних вопросов.

Саня держал ремень в руках, как нечто большее, чем просто деталь. Как символ. Как шанс.

"Когда совсем не остаётся надежды и хочется всё бросить, значит за ближайшим поворотом будет победа."

Но до победы было ещё далеко…

…………………………………………………….

Саня вошёл в слесарку, словно Дед Мороз, только вместо мешка с подарками — коробка с ремнём.

— Есть контакт! — объявил он, подняв коробку, как трофей. Это был уже не просто кусок резины с зубцами — это был шанс. Возможность.

Роман Витальевич выкатил глаза от удивления: — О! Нашли, что ли? Где, как?

- Вашу наводку отработал, - улыбнулся Саня. – Просто дожал через семь кругов ада. Спасибо Батыю — у него связи даже в преисподней.

— Вот это круто!!! – главный механик взял коробку, словно она была хрустальной.

— Ну погнали, чё! — уверенно встал со стула Петрович, — Неси инструмент, как говориться! Сейчас всё влепим, будет лучше нового! Пошли быстрее ставить, а то люди стоят, счётчики крутятся…

Они уже чуть ли не бегом выдвинулись к выходу, когда Саня их резко остановил.

— Стоп. А вы точно хотите ещё один ремень порвать?

Петрович застыл с рукой на дверной ручке.

Роман Витальевич прищурился:

— В смысле?

— В смысле, — Саня забрал коробку и положил её на верстак, — два ремня уже в тряпки. Почему с третьим не будет того же самого?

В углу одобрительно хмыкнул Рыскарь.

Саня кивнул, будто подтвердив самому себе, что больше в старую игру не играет.

— Так. Собираемся в переговорке, - он сам удивился, насколько твёрдо это прозвучало. - Все. И ты, Петрович, и ты, Роман Витальевич. Зовите Влада и Аватара. Будем разбираться. И Бухгалтера позовите ещё.

Роман Витальевич посмотрел на него внимательно. Потом усмехнулся:

— Понял. Пошёл собирать народ.

В переговорке царила напряжённая тишина. Саня встал у флипчарта, рядом стояла коробка с ремнём, как символом нерешённого вопроса.

— Ну что, давайте разбираться. Аватар, Влад — что с параметрами?

Аватар посмотрел на Влада, тот кивнул, будто давая слово младшему.

— Параметры, действительно, ушли. Операторы говорят, что линия работает иначе. Не так, как раньше. Толком объяснить не могут. Шум, резкость, настройки — всё не то. В результате, что-то понакрутили, что концов не найдёшь.

Влад добавил, медленно, как всегда: — Мы сравнили последние настройки с тем, что у Бухгалтера в тетрадке… Разбег явный. Только понять, почему — пока не можем. Надо в работе смотреть. А без ремня, понятно, что работы не будет. Но я согласен, что сейчас запускать просто так опасно. Нужно понять причину.

- Да какая причина вам нужна? - Роман Витальевич явно сердился. Вся эта круговерть с анализами и поисками причин была ему явно неприятна. – Действовать нужно! Это брак производителя был. Или залежался ремень на складе. Перегнулся. Потрескался. Вот и порвался. Давайте линию запускать уже.

- А чё? Ставьте! Под вашу ответственность. Пишите распоряжение за своей подписью и вперёд, - неожиданно подал голос Бухгалтер. Видимо, сказались старые разногласия, когда он просил главного механика разобраться в каких-то отклонениях, а тот просто игнорил просьбы.

Роман Витальевич зло посмотрел на Бухгалтера, но промолчал. И начал смотреть в стол. Брать на себя ответственность он явно не собирался. Саня подумал, что это был неплохой приём. Нужно будет его запомнить.

Он помолчал, потом поднял голову: — Ок. Значит, линия начала работать по-другому. И мы… этого не заметили?

Аватар развёл руками: — Заметили. Просто не связали. Каждый оператор подстроился как мог.

— То есть, — сказал Саня, — у нас нет фиксированных параметров. Нет базы. Кто как чувствует — так и крутит?

Все молчали.

— Линия нам давно говорит, что с ней что-то не так, — продолжил Саня. — Только мы не слышим. Или не хотим. Вот они - базовые условия. И вот они последствия. Ремни рвутся, вакуумные проскальзывают, сырьё мотает. А почему — не знаем.

Рыскарь кивнул с одобрением. Саня продолжил:

— Вопрос: когда всё это началось?

— Не знаю точно, — снова подал голос Бухгалтер. — Может, недели две назад. А может, уже месяц.

Он поёрзал на стуле.

— Я сам только заметил, потому что листал свою старую тетрадку. Когда на линию только становился — параметры туда записывал. Сравнил — а они другие. Ну прям конкретно другие. Местами по скорости, местами по времени. Я и подумал — что-то тут не так.

— А почему раньше никто не увидел? — спросил Саня.

— Так всё в голове. Кто как привык, тот так и ведёт. Нет у нас единого эталона. Ну, типа "на глазок" и "я всегда так делал".

Саня на секунду прикрыл глаза. Видно было, что он сильно зол. Он понимал, что всё это происходит с его молчаливого согласия. Не хотел лезть в детали, разбираться. Надеялся на профессионализм подчинённых. Сам виноват, короче.

— Саня, ну чё ты так? Мы ж стараемся. Всё делаем, как раньше… - Петрович неожиданно перешёл на панибратство. Видимо, волновался.

— Вот именно! — Саня резко повернулся. — А линия уже не «как раньше». Что-то изменилось. Мы не знаем, что. И всё, мы слепы. Без базы, без замеров, без диагностики — мы просто пальцем в небо тыкаем. Рвём ремни, злимся, но не видим.

Роман Витальевич опустил взгляд. Влад медленно кивнул. Бухгалтер тихо листал свою тетрадку.

— Хорошо. Тогда давайте так: у нас есть окно. От двух недель до месяца назад. Что могло измениться в этом промежутке?

Все переглянулись. Влад моргнул первым:

— Был ППР. Помните? Мы тогда частотник на основном приводе меняли.

— О, точно, — сказал Аватар. — Старый часто в ошибку падал, и новый поставили.

— Да, мы его решили в ремонт отправить, чтобы причину выяснить, - поддержал Аватара Влад

— Это вы большие молодцы! А настройки? — Саня подался вперёд. — Кто настраивал, по чему?

— Наши ребята, — ответил Влад. — Как всегда – поставили, вбили параметры, запустили. Мы тогда торопились. Я до конца всё не проверил. Работает и работает. Может и накосячили где…

Аватар почесал затылок: — Слушай, а если там стоит жёсткий режим разгона? Типа, мотор стартует сразу в полный газ?

— Такое возможно? — Саня смотрел прямо на Влада.

— Ну хз, — кивнул тот. — Вообще частотник заработает в любом случае, если ему просто параметры двигателя вбить. Но заработает на неких усреднённых параметрах, забитых производителем. А времена разгона и торможения выставляются вручную в блоке технологических параметров.

— Так. И что?

— Если привод простой – насос, например, то это будет работать отлично. В приводах, где идёт регулировка на разных скоростях, в разных режимах – эти усреднённые параметры не оптимальны. И могут приводить к проблемам: износу двигателя, редуктора, передачи и т.д. Так что, если блок технологических параметров не исправили, то это может быть причиной, к сожалению.

— То есть, — подвёл итог Саня, — мы заменили частотник, поставили настройки «на глаз», и с тех пор линия начала работать по-другому. Операторы подстроились. Механики — не знали. И пока ремень не порвался — никто не пытался вникнуть.

— Почему на глаз то? Может просто не все параметры частотника скорректировали. Надо проверять.

— А как ты проверять будешь?

— Ну или в старом частотнике смотреть, или на схемах должны быть. Посмотрим.

— Жопа, короче, - резюмировал Саня. – Хотели как лучше, получилось, как всегда.

Все молчали.

— С другой стороны, если это после ППРа случилось, то старый ремень тоже порвался бы сразу. А он почти месяц, получается, отработал, - подал голос Бухгалтер.

— А такое может быть, я думаю. Он уже сколько отработал? Растянулся чуток – вот и не слишком реагировал на рывки, - оживился Петрович. – Может и рабочая гипотеза…

— Мне кажется, там Серёга твой возился тогда, - Роман Витальевич решил включиться в обсуждение. – Ну новенький твой. Он, по-моему, иногда вообще не отдупляет – что происходит...

— Давайте без оскорблений и преждевременных выводов, - заступился за своих Влад. – Может опыта у него и маловато, но старается парень. Мы его учим. Главное, чтобы желание было. Очереди за забором нет особо.

— Согласен. Теперь вопрос. Мы сначала в этом разбираемся или снова ставим ремень «на удачу»? – Саня чувствовал азарт охотника. Ему нравилось быть лидером. Нравилось, что люди следуют его ходу рассуждений. Ему казалось, что что-то начинает меняться в образе мышления команды. В головы людей начинает заливаться новая прошивка.

Рыскарь снова хмыкнул в углу. Саня посмотрел на него и сказал спокойно:

— А теперь — Влад, выдёргивай своих бойцов, которые частотник ставили и выясняй всё по параметрам. Выставляйте всё, как нужно. И нужна чёткая инфа – как было, а как стало. И могло ли это быть причиной простоя. Аватар, Бухгалтер – приводите линию к исходным параметрам. Роман Витальевич, Петрович – 100% подготовка к замене ремня. Всем: линия должна блестеть, как яйца у кота. Погнали! — Кажется, мы нашли первую ниточку. Через час все снова здесь с результатами.

Все начали расходиться.

Он посмотрел на висящую на стене схему завода — и вдруг увидел не схемы линий, а... что-то иное.

Сеть. Связи. Людей, связанных потоками информации.

Весь завод был, как живое существо. Как мозг. Пока ещё очень слабый, неразвитый мозг. Люди-нейроны были слабы и плохо связаны. Не было чёткого взаимодействия между нейронами, каждый работал сам по себе и выстраивать эти связи никто не хотел – даже сопротивлялись этому. Опять же – как мозг, избегающий интеллектуальной работы из-за желания сэкономить энергию.

«Мозг… Производственный мозг», — подумал Саня. — «Мы были на уровне рефлексов. Рвали, чинили, злились. Но, похоже, впервые включили осознанность».

- Я что-то тебя не узнаю, - сказал ему Рыскарь. – Ты стекла что ли пожевал перед совещанием?
...................................................................
Саня стоял у окна своего кабинета и смотрел на промасленный двор. Это пространство между производственным корпусом и складом по документам называлось «противопожарный разрыв», но выглядело скорее как свалка с элементами логистики: кривые поддоны, пара фур с новыми, бочки с отработкой, коробки из-под оборудования… и ещё десяток предметов, чьё происхождение терялось во тьме цеховых времён.

— Противопожарный, говоришь, — пробормотал он. — Ну-ну. Удивительно, что нас за это ещё никто не дёрнул…

Раньше бы он махнул рукой. Но сейчас, впервые за долгое время, внутри было не глухое раздражение и не усталость, а какой-то живой, негромкий, но упрямый огонь. Огонь, который не позволял пройти мимо.

Он щёлкнул камерой на телефоне, сделал снимок и закинул его в общий чат по безопасности с комментарием:

«Коллеги, просьба — освободить противопожарный разрыв от складируемого добра. Всем, чей это хлам — просьба разобраться».

Реакция пришла мгновенно:

«А куда я это дену?»,

«Мы поддоны не заказывали, это закупки ошиблись»,

«Вообще-то, это временно!»

Саня не стал погружаться в обсуждение. Просто потушил экран и положил телефон. Иногда инициатива — уже победа. А если кто-то расстроился, что от него ждут ответственности — ну, бывает. Главное — не утонуть в оправданиях.

«С балансом главное не переборщить», — подумал он и усмехнулся.

Но в вопросах ремня и запуска линии — здесь уже не до полуоттенков. Тут всё должно работать. И ремень тоже. И, судя по всему, с этим он справился. Интуиция его ещё не подводила.

Рыскарь молча стоял у дверей, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди.

— Неплохо отработал, — сказал он наконец, кивая. — Вот это уже похоже на управление. Причина, направление, действия. ИТР двигается, операторы в тонусе. Без крика, без суеты.

Саня хмыкнул, потёр затылок.

— Знаешь, кажется, я начал догонять, что значит «руководитель». Раньше думал: вот есть команда, профессионалы — разберутся. А теперь понимаю: даже самые профи ждут, чтобы их кто-то вёл. Не в смысле — делал за них. А в смысле — задавал вектор, задавал темп, спрашивал не «почему не сделали», а «в чём причина?» и «как не наступить на это снова».

— Вот именно, — кивнул Рыскарь. — Руководитель — это не тот, кто делает за всех. И не тот, кто просто сидит в кресле. Руководитель — это тот, кто строит реальность вокруг. Свою реальность. Каждый день.

Саня задумался.

— На первом ДОМе я этого всего не делал, — признал он. — Только смотрел, слушал отмазки, кипятился внутри. И разговоры… Вечные бла-бла. Как же меня достали эти бесконечные разговоры!

— No data, no talk. Помнишь? Чтобы разговоров было меньше, обсуждать нужно решения, а не поиск решения. А вот это твои люди должны научиться делать за пределами ДОМа. Другими словами – они должны приходить готовыми, а не на поговорить. Это ключевая разница между твоим совещанием и обычным.

— Определённо, есть что менять…

Рыскарь подошёл ближе, положил ему руку на плечо.

— Каждый день, Саня. Каждый день ты должен думать: "Что я могу сделать, чтобы мой ДОМ стал лучше". Твой разговор с командой сейчас – это тоже был ДОМ. Но уже в разы эффективнее и лучше, чем тот, что был с утра. Что думаешь об этом? Давай сравним…

Саня кивнул, не сразу, но уверенно.

— Ну… Во-первых, я не забыл про базовые условия. Не дал перескочить на «решения», пока не разобрались, откуда ноги растут. Это считаю своим маленьким подвигом, достойным медали.

— Заслуженно. Ты включил мышление. А главное — заставил включиться остальных. Это и есть краеугольный камень - анализ. Один из трёх в ДОМе.

— Второе — отклонения. Всё совещание было вокруг отклонения, и мы его отработали. Не замяли, не переложили, не обсудили «для галочки». А прямо в лоб: вот проблема, вот причины, вот гипотезы.

— Угу. С утра всё закончилось "ну да, плохо, но надо работать", а теперь — движение. И, наконец?

— План. Чёткий, по пунктам, с ответственными. Пусть не идеальный, но настоящий.

Рыскарь кивнул, прищурившись.

— Считай, вы доработали до уровня «мозжечка». Уже не просто рефлекс «порвался — меняем», а попытка координировать, выровнять, сохранить.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ну раз уж ты заговорил про мозг производства, давай продолжим эту метафору:

• первый уровень – уровень спинного мозга (рефлексы) – это просто поменять ремень.

• второй уровень – мозжечок – это найти причину, чтобы ремень больше не рвался.

• третий уровень – лимбическая система – это сделать так, чтобы такая проблема больше не повторилась, то есть применить системные решения.

Есть ещё четвёртый (кора головного мозга) и пятый (неокортекс), но о них позже. Они уже выходят за переделы твоего производства.

—Любопытно. То есть мне ещё нужен план для третьего уровня, как минимум?

— Угадал. Но не спеши сам — пусть команда подумает. Завтра, на утреннем ДОМе. А ещё — важно: твоя команда не была готова ни к утреннему, ни к этому совещанию. Это нормально, если встреча внезапная. Но если это системная работа — они обязаны приходить готовыми.

Саня снова кивнул.

Где-то глубоко внутри, как будто в крутящемся механизме, защёлкнулась новая шестерёнка. Что-то в нём стало на своё место.

«ДОМ — это не просто совещание. Это управленческий станок. А на этом станке вытачивается система», — подумал он.

И на мгновение впервые почувствовал себя не пассажиром, а машинистом.

…………………………..

Через час все снова собрались в переговорке.

Кто-то пришёл заранее и уже методично шуршал бумажками. Кто-то влетел на последних секундах, вытирая руки о штаны и одновременно жуя бутерброд. На столе царил производственный артхаос: распечатки, тетрадки, схемы, и даже какой-то мануал на частотник, видавший в этой жизни гораздо больше, чем хотелось бы.

Влад задумчиво вертел в руках схему подключения, Аватар шептал что-то себе, листая блокнот. Бухгалтер щёлкал ручкой, как будто сдавал экзамен. Петрович мял в ладонях гайку и выглядел так, будто его пригласили на вечеринку, а он по ошибке попал на собрание ЖЭКа.

Саня встал у флипчарта, оглядел всех и с лёгкой улыбкой и начал: — Ну что, господа инженеры и свидетели ремня, докладывайте. Какие новости?

Влад первый поднял голову.

— Нашёл параметризацию частотника на электрической схеме. Не пришлось Америку открывать. К сожалению, наш киповец, ну… скажем так, ещё не оброс корочкой профессионализма, а я не проверил за ним. Признаю свою вину.

— Да погоди ты голову сразу пеплом посыпать. Чего нашёл то?

— Там всё интересно оказалось. Дело в том, что время разгона и торможения не только отличается от стандартного, оно ещё и под каждый режим работы линии своё. То есть регулирование довольно сложное, и частотник, соответственно, тоже не простой. Ну мы всего этого не знали, конечно. Вот и налажали.

— Ага… — Саня кивнул. — То есть это может быть причиной, по которой ремень решил «я — лебедь, я — улетаю»?

— Не может. Это и была причина. И параметры, что уплыли — тоже отсюда.

— Ну что ж, это великолепные новости! — Саня заулыбался. — Не сам факт обрыва, конечно, но факт, что причина найдена. Прямо праздник какой-то.

— Ну если так подать… — хмыкнул Петрович. — Тогда да, почти салют.

— Значит, — продолжил Саня, — ремень был невиновен?

— Абсолютно, — подтвердил Влад. — Пострадал за чужие косяки.

— Частотник поправили?

— Да. Вернули в базовые условия. Всё, как в методичке, — кивнул Влад. - В панели управления, вроде, тоже всё вернули. Так, Аватар?

— Подтверждаю, - отозвался технолог. – Всё сделали. Я у Бухгалтера тетрадку возьму, перепишу всё на бланк. Сейчас если линию настроим, исправлю параметры и сделаю лист контроля. И пусть операторы перед началом смены проверяют. Как вы считаете?

— Прекрасно! Только не «если запустим», а «когда». Позитив, Семён, давай на позитиве жить, — Саня подмигнул. — Петрович, механика готова?

— Почти. Там шкив чуть люфтит, но ребята заканчивают. Минут двадцать, и можно крутить.

— А где Роман Витальевич? — внезапно осёкся Саня, осознав отсутствие главного шамана.

Петрович, словно по команде, сдулся и стал изучать носки. — Не смог подойти…

— Чем таким важным он сейчас занят?

— Он не сказал. Просто сказал, что не придёт.

— А точнее?

Петрович почесал затылок, глянул на дверь, потом на Саню: — Ну… Он сказал, цитирую… что он, эээ, «на х…ю видел эти совещания» … и что ему «работать надо, а не лясы точить».

На секунду воцарилась тишина. Только в углу слышно было, как Рыскарь очень тихо и радостно усмехнулся. Он выглядел довольным.

Саня закрыл глаза, вдохнул, выдохнул.

— Ладно. Потом разберёмся. Сейчас — по делу. Влад, Аватар — готовы?

— Полностью. Линия по параметрам в порядке, — отрапортовали оба.

— Мы через двадцать минут шкив поджимаем — и вперёд, — подтвердил Петрович. Гайка в его руках блестела, как полированный жетон.

— Мы тоже на старте, — улыбнулся Бухгалтер. — Линия блестит, как яйца у кота.

Саня невесело улыбнулся. — Вот это уровень! Хорошо. Через полчаса встречаемся у линии. Давайте, погнали!

Команда встала. Уже не сонно и не обречённо, а с лёгкой пружинкой в шаге. Что-то в воздухе поменялось. Как будто каждый из них начинал верить: всё это не зря. Всё это — в правильную сторону.

Только один человек в комнате знал, что сейчас ему предстоит бой не с частотником, а с гораздо более упрямым механизмом — с главным механиком.

И если честно… Саня бы предпочёл порванный ремень.

Но выбора не было.

Продолжение следует…